February 5th, 2009

СУП продолжает кормить завтраками. Но есть и хорошие новости!

Я вчера уже рассказывал в эфире, что уже всех задолбал бот якобы от Владимира Соловьева, который распространяет полную глупость про баллоны. Eсли помните, рассказывал, что надо бороться со спамом и решил дозвониться до компании, которая всем этим занимается. Эта компания называется «СУП». Сам я дозвониться никак не мог, дозвонился Табриз и говорит: «Они не хотят тебе звонить, вот телефон. Позвони сам, этим занимается Анжелика Петроченко».

Звоню. Милейшая дама. За недолгое время общения я узнал, что Анжелика страшно не любит, когда ее называют Анжелой и никак не может понять чем я недоволен. Когда я сказал: "Недоволен спамом. Я к этому не имею никакого отношения, люди, простые пользователи, начинают переживать от спама, и они правы. Зачем им получать бездарные, омерзительные, вредные сообщения, кстати, нарушающие закон о рекламе, как очень правильно пишет кто-то из блоггеров?". Она говорит: «У нас конфликтная комиссия. Ну, Вам же уже два раза удовлетворили Вашу просьбу». Я говорю: «Ну, если уже два раза ЖЖ удовлетворил просьбу, а спам только нарастает, значит вы не можете сделать это эффективно?». Она в ответ: «Ну, Вы не понимаете, у нас же комиссия!». Правда она редко работает. Надо минимум неделю, а лучше две ждать решения этой комиссии. При этом, почему меня должно волновать то, что у них есть какая-то комиссия, Анжелика, не любящая когда ее называют Анжелой, объяснить мне не смогла. Мы с ней говорили очень вежливо, она мне объяснила, что они очень большие, самые большие, нереально большие. В общем, много вас тут, мужчина, ходит.

Все это похоже на визит в советский ЖЭК. Я не понял при чем тут «Живой Журнал», при чем тут американский движок. Потому что я говорил с сотрудником советского ЖЭКа, который мне объяснил, что: «Начальники? Не, начальники заняты, заняты начальники. Ну, они вам обязательно перезвонят, но они сейчас заняты. А зачем? У нас все всё решают. А чего Вы нервничаете? Заявка же Ваша есть, да. Да, все забито спамом от вашего имени, но ничего страшного. А чего вы хотите? Это спам, это интернет. Нет, с этим побороться так просто не получится!». Я говорю: «Может Вы просто не хотите бороться?». Мне в ответ: «Ну зачем же вы так говорите? Ну почему не хотим? Мы же два раза Вашу заявку принимали» И дальше разговор начинался по сотому кругу…

У меня было четкое ощущение, что «Пиццу Хат» перевезли в Россию, но назвали «Наша пицца». И, в конечном итоге, есть это уже невозможно. Если бы такой разговор состоялся где-нибудь в Америке, человека уволили бы секунд через сорок. Но ужас в том, что в какой-то момент времени ты понимаешь, что тебе не о чем говорить с этими людьми. Потому что они не только не хотят и однозначно не могут, но и у них совсем иные задачи. "Много вас таких тут ходють. Шо вы звоните, мужчина. Прекратите"! Анжелика говорила культурно, вежливо и глубоко наплевательски. Было видно, что ей совершенно безразлично, что эта проблема есть и она меня волнует. Было видно, что ей совершенно безразлично, что «Живой Журнал» убивается диким количеством омерзительного спама с моей фамилией. Ну конечно, ее же это не волнует.

Может проблема в том, что собственники «Живого Журнала» господа Мамут и Полсон не могут организовать работу так, чтобы это было эффективно и чисто? Не понятно, зачем они при этом вспоминают Америку, в Америке спам – это уголовное преступление. «Ну, мы же рассматриваем заявку! Через неделю». Представьте, что вас изнасиловали? И вам скажут, что сейчас врачи заняты, Вы через неделю приходите, девушка. А всю эту неделю вас будут продолжать насиловать. Ничего. Все нормально. В голове ничего не щелкнуло. Я говорю: «А неужели нельзя фильтр поставить?». Она «Ну, конечно, можно, но так ведь тоже нельзя, но вы же сами понимаете…» И опять в сотый раз – мы самые большие, мы самые важные, прослушайте нашу рекламу.

Очевидно, что «Живой Журнал» не хочет, не может, а может и осознанно поддерживает (возникает такое ощущение) всю ту грязь, которая постоянно гуляет обо мне именно в «Живом Журнале» в феноменальном количестве. «А вы заявочки продолжайте писать. Девушка, вас изнасиловали – заявочку напишите, через две недели милиционер вернется. Заявочку написали? Аккуратно сюда положите. Вас продолжают насиловать? Да ладно! Но мы же заявку-то приняли. Ну потерпите чуть-чуть, ну что ж такого-то? Вы же не в первый раз!». Кайф, да? «Живой журнал»! Живородящий. Вот что делает журнал живородящий!

Удивительное дело. Они, конечно, себя погубят навсегда. Как говорят в таких случаях американцы: «Сакс!». Это образец того, как с бизнесом обходится господин Мамут? Талантливый предприниматель! Талантище! Или просто он в других целях талант использует? Не хочется в это верить. Хочется думать, что это просто случайное совпадение – наши с ним личностные конфликты и то, что его компания меня так ласково-ласково. Просто сплошная случайность!

Пользуясь случаем хочу господину Багирову передать. Извините, я прочитал то, что Вы пишите у себя в ЖЖ – меня друзья попросили. Я не имею отношения к этому спаму, я был бы счастлив, если бы его не рассылали. Я действительно хочу, чтобы вы пришли в передачу «К барьеру!», но пока темы не оказывается достойной Вас.

Ну и о приятном! Сегодня украинский Мастерхост, который в свое время "пригрел" у себя сайт Стройность.ОРГ, отключил этот сайт, чему мы рады и считаем небольшой победой над недобросовестными мошенниками. Спасибо Мастерхосту за разум. А моим друзьям и моей команде, о которых я еще неодноратно скажу, огромная благодарность за четкую работу. Спасибо!

Владимир Соловьев
www.VSOLOVIEV.ru

Есть тревожное ощущение - впереди самое худшее

Очень интересно все, что происходит в российской банковской системе. Реально интересно. Вот интересно понять - почему сейчас в очередной раз решили обратить на нее внимание? Это что – означает, что есть какие-то проблемы? Какие? Государство оказало банкам существенную поддержку. Сейчас вдруг ни с того, ни с сего проходят совещания, начинаются какие-то разговоры, что четыре банка останется, пять банков останется, тридцать банков останется… Непонятно. Банки особых денег реальной экономике не передали. Многие из них занимались откровенной спекуляцией. Это что – означает, что прав Александр Евгеньевич Лебедев, который в своем блоге очень активно рассуждает о банковских проблемах и прямо говорит кто что украл и почему? Но опять же – журналисты ничего никогда не узнают, потому что прозрачности, как в решениях правительства, так и в реализации этих решений нет и нет совсем.

Меня удивляет, что российское правительство и российские чиновники являются, наверное, самыми закрытыми чиновниками в мире. Вообще невозможно понять, как готовятся решения, как они принимаются, почему, ведется ли реальная дискуссия, есть ли альтернативные пути. Только слухи, а потом внезапное решение. Притом эти решения не производят впечатление, скажем вежливо, последовательных. Видна гигантская работа и вдруг, как проталины на снегу, появляются неожиданные решения. Но вместе они не выглядят системными.

Возникает тревожное ощущение, что мы вступаем во вторую волну кризиса. Первая при этом еще не закончилась, но вторая, кажется, будет еще хуже. Невольно становится тревожно, когда понимаешь, что по большому счету все экономисты чем-то напоминают предсказателей на кофейной гуще. Они не могут с уверенностью прогнозировать ничего. Поэтому попытка опираться на их ощущения, а иначе, чем ощущениями все эти прогнозы назвать нельзя, обречена на провал. Я так и не видел реальной работы денег в российской промышленности. Ну, может, я просто не туда смотрю, или, может быть, я чего-нибудь не знаю. Я вижу по-прежнему роскошную жизнь, которую себе позволяют власти предержащие, и при этом колоссальное замалчивание проблем. Проблем с выплатой даже зарплат бюджетникам в отдаленных от Москвы регионах. Я вижу проблему с занятостью населения. Я недавно был в Волгограде и мне люди говорят, что многие заводы уже вынужденно стоят. Мало того – на фоне растущей скрытой безработицы вдруг принимается решение о реорганизации находящейся там дивизии. И в результате этой реорганизации около полутора тысяч сравнительно молодых людей – это офицеры в звании майоров и капитанов – оказываются на улице. И куда им идти? Кто о них позаботится? И что будет дальше?

Получается удивительная ситуация. Высвобождается гигантская трудовая армия, но она никому не нужна. Многократно заявленная задача переустройства инфраструктуры остается пустым звуком – никакого движения в сторону реального сектора нет. Можно констатировать, что деньги, закаченные в систему, были использованы для спекулятивных операций, но никак не для развития. Это тупиковый путь. Это означает, что через несколько месяцев мы можем столкнуться с ужасающими последствиями, как в экономике, так и в социальной сфере. И как мы будем удерживать? Раздавать подачки? Это не путь. Надеяться на то, что начнется война в Иране и взлетит цена на нефть? Ну, конечно, да – это вариант. А как насчет того, чтобы реально озаботиться российским производством? Помогать не проигравшимся в этой финансовой рулетке олигархам, а конкретным производствам. Притом помогать не абстрактными деньгами на поддержание их неэффективности, а созданием рынка. Размещать государственные заказы, перевооружать армию и флот. Потому что ощущения от международной обстановки очень и очень тревожные. И во многом прав Михаил Леонтьев, который говорит, что с Украиной все может закончиться очень и очень трагически, как только украинцы начнут задавать вопросы по Черноморскому флоту. А мы будем готовы? Или нет?

Тревожно. Четверг, вечер, а на душе тревожно. И даже передача «К барьеру!» не веселит.