June 11th, 2009

Таинственная демократизация

А вы знаете, кто у вас депутат Государственной Думы, местного законодательного собрания? Вы знаете вашего депутата? Когда-нибудь к нему обращались за помощью? Ходите вы на местные выборы и получаете ли от этого большое человеческое удовольствие? В связи с этими вопросами мы позвонили Олегу Львовичу Митволю, который недавно очень напугал политический истеблишмент России.

Соловьев: Олег, доброе утро.
Митволь: Доброе утро.
Соловьев: Олег, расскажи, пожалуйста, что была за история с твоим хождением на выборы и почему она так быстро завершилась?
Митволь: Ты знаешь, что самое интересное, она же еще не завершилась. Дело в том, что формально выборы еще идут, внеочередные выборы главы Одинцовского района, депутатов Одинцовского района, главы города и депутатов города еще идут. Проблема в том, что вчера было решение суда. Якобы прокуратуре показалось, что права некоторых граждан, правда, в исковом заявлении не было написано каких, ущемлены тем, что объявлены досрочные выборы в связи с изменением границ района. А это произошло вследствие указа президента от 19 января этого года, когда выделился город Власиха. Вроде бы быстренько собрались депутаты, приняли решение и решили провести тихо-спокойно, чтобы никто не знал, летом выборы. Представляешь, приехали все в сентябре, а уже все - вот у нас новый глава Одинцовского района, вот у нас новый глава города. А вы не знали? Извините. И вдруг неожиданно мы об этом узнали, отмобилизовались, распределили свои силы и по состоянию на вчера заявились для участия в выборной кампании - я, Игорь Янковский и еще наших 43 сторонника, как депутаты, соответственно, районной и городской Думы. И вот тут началось...
Соловьев: "Что может сделать губернатор, чтобы заставить, все-таки, выплачивать вовремя зарплату? " Подожди, а Игорь Янковский – это тот самый, мой друг?
Митволь: Да.
Соловьев: Замечательный человек.
Митволь: Ему выборы тоже отменили, потому что, естественно, все начали бегать в шоке, потому что думали хиханьки, смешки разные, и вдруг представляешь, неожиданно мы выступили мощной силой, которая превышала некоторые политические партии. И, естественно, все догадались, что ждет многих чиновников Одинцовского района сразу после выборов. Ну, и насколько я понимаю, вчерашнее решение суда было невозможно без активного политического давления на судей.
Соловьев: Мне очень нравится сама идея такого решения. Исходя из него, означает ли это, что необходимо обжаловать результаты выборов второго президента Российской Федерации, потому что выборы президента, когда были после отставки Ельцина, были досрочными.
Митволь: Да, но вопрос заключался в другом. Масса людей зарегистрировалась на выборы, а интересно, а их гражданские права, закрепленные в Конституции, никак разве не умаляются?
Соловьев: Нет, извини, Олег, я же говорю о юридическом прецеденте. Вспомни, Ельцин под Новый год подает в отставку, и назначаются досрочные выборы. Это что означает, что это решение Одинцовского суда ставит под вопрос легитимность избрания Владимира Владимировича Путина президентом?
Митволь: Извини меня, и выборы были назначены как следствие исполнения Указа президента, неужели прокуратура поставила под сомнение легитимность Указа президента от 19 января?
Соловьев: Какой смелый судья. И какое широкое у него или у нее трактование закона.
Митволь: Судья, я могу сказать, была вчера серо-зеленого цвета. Конечно, она понимала, что происходит, но с другой стороны, после социологических подсчетов выяснилось, что народ может проголосовать не так.
Соловьев: Не так, как надо, да? Скажи мне, а что за партия, от которой вы все идете?
Митволь: Мы как самовыдвиженцы от организации «Зеленая альтернатива».
Соловьев: То есть вы экологи, по большому счету?
Митволь: Экологи, плюс, скажем так, некой антикоррупционной направленности. Здесь вообще смешная коллизия. Так как выборы были досрочные, а выборы по городу вообще происходили в режиме общей секретности, случайно наши активисты нашли газету, приложение к «Одинцовской неделе», которая не поступает подписчикам и в киоски, в которой было объявление о выборах, представляешь себе? То есть, секретные выборы проходили. Сейчас до 15 июня, пока решение не вступит в законную силу, выборы идут. А срок регистрации до 20-го. Возникает следующий вопрос: вдруг руководство района подаст сейчас кассацию, а областной суд 18 числа отменит решение районного, тогда получится, что выборы есть, и останется 2 дня на сбор 3,5 тысяч подписей, и зарегистрируются только кто? Кандидаты от тех партий, которые в Думе, потому что им не надо подписей.
Соловьев: Подожди. Я тут Юргенса читал, он кричит, что Дмитрий Анатольевич Медведев провел реальную демократизацию политической жизни. Что же получается, Юргенс ни черта не знает?
Митволь: Ты знаешь, в этой ситуации мне нравится позиция партии «Правое дело», там господин Надеждин, он сказал: «Я хочу пойти на выборы в Одинцовский район и принял решение о своей областной ячейке», и даже не приходил в избирком. А теперь, когда выборы вдруг отменяют, он сказал: «Супер, здорово, я приложил к этому руку, потому что нам выборы здесь не нужны».
Соловьев: Зато они нужны в Кремле. Они среди партий, не прошедших в Думу, и сегодня будут встречаться с Медведевым. Интересно, они на тему выборов в Одинцовском районе будут говорить?
Митволь: Кстати, «ЛДПР» же приняло решение участвовать в выборах, два депутата Госдумы проходили всю неделю в избирком, собирали документы, конференцию провели, представляешь? Как говорится, а никто же не знал, что это учения.
Соловьев: "А город подумал - учения идут"....
Митволь: Да-да. А, извиняюсь, крупнейшая политическая партия, представленная в Думе, официально приняла решение идти на выборы в Одинцовский район, и ее тоже из тазика выплеснули, потому что глава района не на шутку испугался, извините, оставаться один на один с мнением жителей Одинцовского района, как это так?
Соловьев: Олег, можно я задам тебе вопрос из параллельного мира? Вчера Дмитрий Анатольевич Медведев во время видеоконференции с руководителями федеральных округов говорил, что необходимо спрашивать с губернаторов за обеспечение графика выплаты зарплат и за безработицу. При этом говорил, что те, кто не сможет с этим справиться, расстанутся со своими рабочими местами. Поэтому у меня возникает вопрос, скажи мне, пожалуйста, я просто не очень знаю эту систему, а каким образом губернатор может обеспечить выплату зарплат и борьбу с безработицей? Какие у него есть реальные механизмы для этого?
Митволь: Ну, губернатор, наверное, может приковать наручниками владельцев предприятий к батарее и требовать у них регулярно платить рабочим зарплату, а в случае, например, невыплаты, поднимать температуру в этой батарее.
Соловьев: Ну что ж, разумно, потому что нечто похожее же прозвучало, когда господином Устиновым было сказано, что у вас прошел тендер, и он как-то странно прошел, у вас же есть помощь прокуратуры. Я подумал, что действительно в проведении тендеров прокуратура является незаменимым помощником.
Митволь: "Действительно, надо выгонять губернатора, если он не может уговорить владельца завода продать свою яхту на Средиземном море и расплатиться с рабочими."
В общем, на самом деле действительно идея неплохая, что если, например, у вас на территории предприятие, которое выпускает запчасти для автомобиля, а автомобилей надо меньше, и предприятие начинает «провисать». Действительно, надо выгонять губернатора, если он не может уговорить владельца завода продать свою яхту на Средиземном море и расплатиться с рабочими.
Соловьев: Понимаю, только вопрос - хватит ли яхт на постоянное обеспечение зарплат рабочим, потому что надо же не один раз выплатить, а надо еще и рабочие места создавать. Здесь, я боюсь, уже никаких яхт не хватит.
Митволь: С другой стороны, как мы с тобой понимаем, у нас еще не использованы все резервы правоохранительной системы для стимулирования владельцев предприятий.
Соловьев: Ты включаешь еще допрос с применением резиновых перчаток и дубинок, чтобы к проктологу не ходили потом?
Митволь: Целлофановые пакеты и так далее, ты мне говорил о возможностях некоторых наших правоохранителей. Я понимаю, что если владельцы предприятий реально столкнутся с этим, наверное, они будут выплачивать зарплату до последнего рубля.
Соловьев: Только необходимо, конечно, еще быстро закрыть аэропорты Домодедово, Шеремтеьево-2 и Внуково, чтобы они никуда не делись.
Митволь: Колючей проволочкой все красиво обнести.
Соловьев: Спасибо большое, Олег. Но какие-то печальные перспективы.
Митволь: Да. А выборы-то у нас идут. Как бы, с одной стороны они идут, а с другой стороны они вроде не идут.
Соловьев: Заметьте, мы не призываем вас ни за кого голосовать, мы призываем просто выполнить гражданский долг, и с радостью готовы предоставить эфир для обсуждения этой проблемы. Спасибо большое, Олег.

Может быть, я не очень хорошо понимаю, может быть, вы мне объясните, вы все люди вокруг умные, грамотные и знающие. Я вот не могу себе представить, чтобы любой американский политический деятель, входящий в политический истеблишмент, находясь за границей, позволил бы себе критиковать страну, в которой он живет и работает. Притом, что внутри страны он может быть сколь угодно жестким. Совершенно обратная ситуация с господином Юргенсом, который называет себя ближайшим советником президента Российской Федерации Дмитрия Анатольевича Медведева, который позволяет себе именно за границей более чем критичные высказывания в адрес Владимира Владимировича Путина и бывшей политической системы и более чем сладострастные высказывания в адрес Дмитрия Анатольевича Медведева.

Притом внутри страны такой смелостью он, вежливо говоря, не отличается. Но когда это читаешь в иностранных газетах на полном серьезе… Вот у меня есть на английском языке, чтобы никому не казалось, что что-то переврали, статья, которая описывает все, что говорит господин Юргенс, включая прямую речь. Не самое последнее издание в Англии. В общем-то возникает вопрос: это что, так можно? Интересно сравнить это потом с тем, что господин Юргенс говорит для российского издания, и там он сладострастно отмечает результат первого года правления Медведева, демократизацию.

Вот объясните мне, пожалуйста, в чем же эта демократизация? В требовании от губернаторов обеспечить борьбу с безработицей и выплату зарплат? Тогда объясните мне, господин Юргенс, и прочие либералы, а каким образом вы намерены это сделать? Демократизация – это то, что стали делать с выборами? Я присутствовал случайно во время телефонной беседы одного из высокопоставленных чиновников Московской области с руководителем одного из субъектов на территории Московской области, который проигрывал выборы, он истерично кричал: «Что делать?». Было сказано: «Что делать? Не маленький, помни, побеждает тот, кто считает, а не тот, кто голосует». И тот победил, хотя все вокруг орали о жутких нарушениях. И об этом все умолчали. Так в чем же та самая демократизация бесконечная? Где же эта оттепель и поворот? В чем же он состоит? И главное, еще раз спрашиваю, объясните мне, как может господин Юргенс позволять себе вещи, откровенно неуважительные к стране? А главное, вот эта смелость на Западе такая, чисто русская. Хотя, ему, наверное, это близко, как бывшему профсоюзному работнику, они же школа коммунизма.

А главный вопрос - что может сделать губернатор, чтобы заставить, все-таки, выплачивать вовремя зарплату? Он может сам создать рабочие места, какой-то у него есть механизм? Или будет меньше брать свою долю откатов? Так они же у нас все честные, не берут. Что можно сделать? Устиновым было предложено использовать прокуратуру, но это для обеспечения честности тендеров, как я понимаю. А вот Олег Львович Митволь предлагает приковывать предпринимателей к батареям и пускать воду погорячее. Либо прочие методы убеждения. Как реально можно заставить губернатора контролировать безработицу и выплату заработной платы? Что, будем всюду ездить и говорить: «Ручечку-то верните»? При этом вы же понимаете, что после того, как Путин навел порядок в Пикалево, многие стали думать: «Надо, чтобы к нам тоже приехал Путин». Сейчас по всей стране начнутся эти попытки оказать давление на то, чтобы Путин приехал, вплоть до того, что один раз, те, которые будут это давление пытаться оказать, получат жестко по башке. То есть, приедет не Путин, а ОМОН, и разгонит любую попытку что-то перекрыть и будет прав, потому что иначе вся страна моментально окажется объятой этим пламенем перекрытия дорог, а этого допускать нельзя.

Понимаю, если у губернатора есть бюджет и есть эннное количество бюджетников, то, наверное, как-то еще что-то можно. Но понять, каким образом, например, на крупном заводе губернатор может прийти и сказать: «А ну быстро выплачивать зарплаты, я кому сказал, быстро выплачивать!». Наверное, голос надо погромче. А может еще проще? Слушайте, у меня есть гениальная идея, а давайте олигархов, которые владеют заводами, наконец, сделаем губернаторами. Вернем Рому Абрамовича, губернатора Чукотского, да что там - граф Чукотский. Вексельберг станет барон Сибирский, давайте вот так вот. Дерипаска - граф Краснодарский, и все. И по башке им есть за что, и заводы их там. И будет всем за это счастье!

Владимир Соловьев
www.VSOLOVIEV.ru
------------------------
Радио Серебряный Дождь 100.1 FM в Москве и в сети Интернет на www.SILVER.ru c 7.00 до 11.00 по московскому времени (Вт, Ср, Чт.)
------------------------
DVD Творческие Вечера в МХАТ им. Горького в Интернет-магазине фирмы МЕЛОДИЯ.

Гомосексуальный фашизм...

На конкурсе "Мисс Америка" произошел казус, конфуз, скандал. Это же надо: вдруг мисс Америкой оказалась девушка, которая имеет наглость иметь собственное мнение, при этом абсолютно традиционалистское. Как же быть организаторам всех этих конкурсов красоты с их заявленной терпимостью, которая в свете нынешнего скандала выглядит как откровенная дискриминация людей с традиционными взглядами, в том числе и сексуальными?!

Поясню, что меня так возмутило.
Когда спросили одну из конкурсанток, что она думает о браках между представителями одного и того же пола, она сказала, что по ее мнению, подчеркиваю – по ее мнению, брак – это союз между мужчиной и женщиной. И что тут началось! Эту самую несчастную конкурсантку, которая вдобавок еще и победила в конкурсе, лишили звания «Мисс Америка». За что? За то, что она высказала абсолютно справедливую мысль в очень корректной форме?! В ее словах есть хоть намек на гомофобию? Есть хоть намек на нетолерантность? Нет! Но то, как поступили по отношению к ней, показывает в очередной раз, что мы сталкиваемся с разновидностью гомосексуального фашизма, который заставляет всех исповедовать свою веру. С помощью таких потрясающих по своей глупости шагов, как, в частности, лишение этой девушки ее звания за более чем традиционалистские, одобренные всеми монотеистическими религиями, свободные, справедливые, разумные взгляды. Она же не сказала, что нельзя разрешать браки между геями. Не сказала, что это грех. Нет, она всего лишь сказала, что, по ее мнению, брак – это союз между мужчиной и женщиной. За что была немедленно подвергнута обструкции, вплоть до полыхающего невдалеке костра инквизиции. Ну и куда катится мир? И что, после этого кто-то сможет мне доказать, что представители гей-коммунити – это воплощение толерантности, добра и уважения к мнению другого? Непохоже.